Спасая мир по одному ребёнку за раз: как работает израильская организация Save a Child’s Heart

Доктор Ами Коэн был кардиохирургом в составе армии США во время первой войны в Персидском заливе в 1991 году — конфликте, который в итоге посеял семена глобальной гуманитарной миссии: тогда он оказался в ситуации, когда лечил не только военных, но и мирных жителей.

«Он лечил не только солдат — он также лечил иракских гражданских во многих больницах, которые были брошены», — сказал Даниэль Кампос, представитель Save a Child’s Heart по связям с общественностью. «Многие врачи бежали из-за войны».

В 1991 году Коэн вместе с семьёй репатриировался в Израиль, вернувшись в страну, которую знал ещё ребёнком, когда его отец работал в Холоне, и вскоре стал руководителем детской кардиохирургии в медицинском центре Edith Wolfson в том же городе.

В 1995 году ему пришло письмо от врача из Эфиопии с просьбой помочь прооперировать группу детей с врождёнными пороками сердца. Коэн получил согласие больницы, и в 1996 году в Израиль привезли первых двух эфиопских детей на операции, которые спасли им жизнь.

Так началась работа организации Save a Child’s Heart (SACH).

Финансирование пришло из очень личного источника.

«Он начал Save a Child’s Heart на пожертвования еврейской общины своей семьи в Бетесде, в Вашингтоне», — объяснил Кампос. «Речь о небольшой еврейской общине, которая верила в тиккун олам — “исправление мира” — и собирала средства, чтобы эта мечта стала реальностью».

Всё было максимально “по-домашнему”. Коэн не только оперировал — он принимал выздоравливающих детей у себя дома, а когда места не хватало, в доме своих родителей.

«Его родители помогали выхаживать этих детей, чтобы они окрепли и могли уехать. То есть он делал операцию или процедуру, помогал им медицински, а его родители были рядом и в восстановлении — эмоционально и физически. Так и началась Save a Child’s Heart».

Более тридцати лет спустя этот дух по-прежнему ощущается в коридорах медицинского центра Edith Wolfson, где ведущий хирург организации доктор Хаги Декель уже более 20 лет развивает эту работу.

«Мы прооперировали уже более 8 500 детей, которые приехали к нам более чем из 76 стран со всего мира, — сказал он ALL ISRAEL NEWS (AIN). — И мы продолжаем. По сути, мы спасаем жизнь ребёнка каждый день».

Его еженедельный ритуал лучше всего объясняет, что его держит: он наблюдает, как приезжают 10 больных детей — и как 10 здоровых уезжают домой.

«Когда у меня есть возможность, я всегда нахожу время быть рядом в этот момент — просто чтобы напомнить себе, что мы сделали и насколько это важно».

Сотрудники AIN стали свидетелями операции, спасшей жизнь трёхлетней девочке с отверстием в сердце.

«Когда его закроют, у неё будет нормальная жизнь — полноценная жизнь, она сможет делать всё, что захочет, — сказал Декель. — Но если его не закрыть, постепенно организм перестанет справляться с болезнью, и её жизнь могла бы стать очень печальной».

Команда наблюдала за операцией вместе с доктором Сарой Муталале, анестезиологом из Замбии, которая уже пятый месяц проходит в SACH стажировку по детской кардиоанестезиологии. Вернувшись домой, она станет одной из немногих специалистов, способных оказывать такую помощь.

«Люди здесь очень трудолюбивые, и они не сдаются, когда речь о пациентах», — сказала она, наблюдая за работой команды.

В соседней комнате ожидания Мэгги приехала из Малави со своим сыном Принсом, тоже родившимся с небольшим отверстием в сердце. Путь в Израиль оказался непростым — из-за войны с Ираном их рейсы задержались на недели.

«Я сомневалась, выживет ли мой сын. Мы просто ждали и надеялись — и вот мы здесь», — сказала она.

Сейчас Принс восстанавливается после операции.

Помимо операционных, SACH управляет детским домом, где международные волонтёры помогают сделать ежедневную жизнь активной и максимально нормальной для тех, кто восстанавливается. Ариэлла, волонтёр “gap year” из Мельбурна (Австралия), описала атмосферу как нечто, чего она не ожидала. Она рассказала историю Уэлса — годовалого ребёнка из Нигерии, у которого произошла остановка сердца, затем инсульт, и он впал в кому. Врачи сказали его матери, что он не выживет.

«Она пришла и сказала Богу: “Забери моего ребёнка. Если ты хочешь моего ребёнка — забери его. Я больше не могу проходить через эту боль”», — пересказала Ариэлла. «И это было чудо». Сейчас Уэлс чувствует себя хорошо и идёт к полному восстановлению.

Ариэлла, столкнувшаяся с антисемитизмом в Австралии, назвала детский дом редким убежищем.

«До 7 октября [SACH] помогала детям из Газы и других арабских стран. Быть в [SACH] — значит чувствовать, что все проблемы снаружи становятся намного меньше», — сказала она.

Это напряжение между внешним миром и тем, что происходит внутри, Декель переживал и в последние годы войны, когда рейсы отменяли, а дети оказывались “застрявшими” — и до операции, и после.

«Иногда во время войны настроение падает, и ты впадаешь в уныние… — сказал он. — Но потом ты идёшь на операцию… видишь этих маленьких детей, которым становится лучше… И это согревает сердце и возвращает перспективу: есть вещи немного больше, чем то, что ты видишь и ощущаешь вокруг».

То, что по-настоящему отличает SACH, — это долгосрочная философия. Они не только помогают детям; они обучают хирургов, которые возвращаются домой и лечат у себя.

«Мне так нравится наш проект именно тем, что довольно рано мы поняли: недостаточно просто дать им рыбу — нужно научить их ловить рыбу», — сказал Декель.

По соседству доктор Мулу — врач из Замбии, который проходит четвёртый год обучения, — скоро станет всего лишь вторым детским кардиохирургом в своей стране. Муталале, обучающаяся рядом с ним анестезиологии, присоединится к этой команде, и у Замбии появится наиболее полноценное хирургическое подразделение.

«Если говорить о моей стране, это 21 миллион человек, и один ребёнок из ста рождается с проблемой сердца — примерно четверти из них нужна операция, чтобы выжить, — сказал Мулу. — Мы потеряли многих детей, которые не должны были умереть».

Он рассказал, как сопровождал критически больного ребёнка в Израиль на операцию — настолько хрупкого, что он не мог лететь без кислорода и медицинского сопровождения, — а затем увидел, как тот же ребёнок спустя несколько дней уезжает домой.

«Этот ребёнок был синий от нехватки кислорода. А после операции я увидел его в день отъезда домой — активного ребёнка, счастливого ребёнка, — сказал он. — Чего ещё можно желать?»

«Это не только этот ребёнок. Это вся семья. Это вся страна. И, думаю, весь мир в целом, — добавил он. — Пусть мир исцелится. Пусть каждому ребёнку дадут возможность жить».

Главная мечта Декеля — чтобы Save a Child’s Heart в Израиле однажды стала не нужна.

«Я очень надеюсь, что мы останемся без работы, — сказал он. — В странах третьего мира появится так много центров, что мы больше не будем нужны, и они смогут делать всё сами».

Во время недавней миссии в Замбию он наблюдал, как хирурги из Танзании и Эфиопии — оба выпускники SACH — оперировали самостоятельно и давали друг другу команды на иврите, на языке, на котором они учились.

«Они говорили друг с другом на иврите и отдавали команды на иврите, потому что именно так они изучали профессию, — сказал он. — Это очень вдохновляет».

От сострадания солдата в заброшенной иракской больнице — к дому, ставшему палатой восстановления; оттуда — к операционной, где врач из Замбии учится исцелять свой народ: сердцебиение SACH остаётся неизменным — один ребёнок за раз; одна страна за раз; один хирург за раз.

Чтобы узнать больше или направить информацию о ребёнке, которому нужна помощь, посетите saveachildsheart.org.