Мессия, Который не сошел с креста

Среди слов, которые выкрикивали Иешуа у подножия Креста, есть одна фраза, значение которой, возможно, гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд:

«Если Ты Сын Божий, сойди с креста» (Матфея 27:40).

Матфей уже слышал эти слова раньше.

В начале служения Иешуа искуситель говорит: «Если Ты Сын Божий…» (Матфея 4:3, 6). В конце тот же вызов звучит снова: если Ты действительно Сын Божий, докажи это, избежав страданий.

Но Иешуа не сходит с креста.

Именно здесь христианское Евангелие и ислам вступают в принципиальное противоречие — прежде всего не в вопросе о том, мог ли Бог спасти Иисуса, а в том, как на самом деле выглядит Божья победа.

Ислам почитает Иисуса. Коран называет Его Мессией, говорит о Его чудесном рождении и о том, что Бог вознес Его. Однако в Коране 4:157 также утверждается, что Иисус не был убит и распят Своими врагами. Классическое мусульманское толкование часто объясняло это тем, что другому человеку был придан Его облик, хотя среди мусульман существуют разные толкования того, что именно произошло.

Логику такого взгляда можно понять: неужели Бог позволил бы, чтобы Его избранный Мессия был публично унижен и убит нечестивыми людьми?

Христианство отвечает на это поразительным утверждением:

То, что выглядело как унижение, не было поражением Иешуа. Это стало путем к Его победе.

Искушение всегда заключалось в том, чтобы получить «Мессию без Креста»

Эта тема проходит через все Евангелия.

В пустыне сатана предлагает Иешуа власть без пути, определенного Отцом.

Позже, когда Иешуа говорит Своим ученикам, что Ему должно идти в Иерусалим, пострадать, быть убитым и воскреснуть, Петр возражает: «Да не будет этого с Тобою!»

Иешуа отвечает: «Отойди от Меня, сатана!» (Матфея 16:22–23).

Петр любил Иешуа. Однако логика его возражения была похожа на ту, которую Иешуа уже отверг в пустыне: Ты можешь быть Мессией без страданий. Ты можешь получить славу без Креста.

А затем, на Голгофе, искушение принимает свою окончательную форму:

Сойди с креста.

Именно поэтому исламское отрицание распятия ставит перед христианством столь глубокий вопрос. Ислам не учит, что Иисус послушался сатану. Однако в повествовательном смысле он предлагает Иисусу именно тот исход, который Евангелие неоднократно представляет как отвергнутую альтернативу: мессианство без Креста.

Это не доказывает, что ислам имеет сатанинскую природу. Но это означает, что данная параллель заслуживает серьезного рассмотрения.

Почему Мессия должен был умереть?

Для мусульманского читателя этот вопрос может оказаться решающим.

Христианство не учит, что Иисус был беспомощен и Его просто одолели. Иешуа говорит о Своей жизни:

«Никто не отнимает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее» (Иоанна 10:18).

Таким образом, Крест — это не свидетельство того, что Бог не смог спасти Иешуа.

Это Иешуа, добровольно отдающий Себя.

И это не поздняя языческая идея, навязанная еврейскому Мессии. Эта тема проходит через Писания Израиля.

В 53-й главе Исаии Раб Господень описан как отвергнутый, изъязвленный, несущий на Себе грехи других, «отторгнутый от земли живых», а затем оправданный.

Псалом 21 изображает праведного страдальца, над которым насмехаются враги, но в конечном итоге его страдания приводят к тому, что народы обращаются к Богу Израиля.

В 9-й главе Даниила говорится о том, что Помазанник — Мессия — будет «предан смерти».

Сама Тора закладывает основы понимания жертвы, крови, Песаха и искупления.

А после Своего воскресения Иешуа говорит:

«Не так ли надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою?» (Луки 24:26).

Обратите внимание на порядок:

Страдание, а затем слава.

Не слава вместо страдания.

Историческую проблему нельзя просто игнорировать

Есть еще одна историческая трудность для исламского взгляда.

Распятие — не второстепенная деталь, появившаяся в христианской традиции спустя столетия. Оно присутствует уже в самых ранних свидетельствах христианства.

Послания Павла были написаны еще при жизни первого поколения после смерти Иешуа. В 15-й главе Первого послания к Коринфянам Павел передает предание, которое сам ранее принял: Мессия умер за наши грехи, был погребен и воскрес.

Эта последовательность событий — древняя, лаконичная и занимает центральное место в христианской вере.

О Кресте также сообщают все четыре канонических Евангелия, а казнь Иисуса при Понтии Пилате находит отражение и в нехристианских римских источниках.

Исламское отрицание распятия появляется примерно шесть столетий спустя.

Мусульманин по-прежнему может верить, что Коран исправляет более ранние свидетельства. Но тогда неизбежно возникает вопрос:

Почему более позднее отрицание должно отменить более ранние и подтвержденные множеством источников свидетельства — особенно если эта смерть находится в самом центре древнейшей апостольской проповеди и соответствует мессианскому образу, представленному в Писаниях Израиля?

Христианское утверждение говорит о чем-то большем, чем избавление.

Именно здесь заключается самое глубокое различие.

Исламское богословие стремится подтвердить правоту Иисуса, отрицая, что Его врагам в конечном итоге удалось убить Его.

Евангелие утверждает нечто гораздо более поразительное:

Они действительно убили Его — и все равно не победили.

Воскресение — это победа более великая, чем избавление от смерти, потому что воскресение означает, что побеждена сама смерть.

Бог не просто не позволяет Мессии войти в могилу.

Мессия входит в могилу и выходит из нее.

Именно поэтому Павел говорит, что через Крест Мессия «отняв силы у начальств и властей, властно подверг их позору» (Колоссянам 2:15). В Послании к Евреям говорится, что через смерть Он лишил силы «имеющего державу смерти, то есть диавола» (Евреям 2:14).

Крест не был неожиданным нарушением Божьего плана.

Он стал ловушкой, в которую попало зло.

Силы зла думали, что, убив Иешуа, положат конец Его миссии. Вместо этого Его смерть стала средством, через которое был искуплен грех, побеждена смерть и сокрушено господство сил зла.

Это помогает понять удивительные слова Павла о том, что если бы «власти века сего» познали Божью премудрость, то «не распяли бы Господа славы» (1 Коринфянам 2:8).

Они не понимали, чего достигнет Крест, пока не стало слишком поздно.

В чем заключается более великая победа?

Поэтому главный вопрос для мусульманина заключается не в следующем:

Мог ли Бог спасти Иисуса от распятия?

Конечно, мог.

Вопрос в другом:

А что, если Бог избрал нечто большее?

Что, если Божья сила открывается не просто в предотвращении страдания, но в превращении страдания в искупление?

Что, если Божья победа заключалась не в том, чтобы уберечь Мессию от смерти, а в том, чтобы через Мессию победить смерть?

Что, если именно в том событии, которое в глазах людей выглядит позорным, Бог открывает Свою глубочайшую мудрость?

Именно это утверждали апостолы.

Во 2-й главе Послания к Филиппийцам говорится, что Иешуа уничижил Себя и был послушен «даже до смерти, и смерти крестной. Посему и Бог превознес Его».

И снова важен порядок.

Не возвышение вместо смерти.

Возвышение через смерть в послушании.

Он остался.

Это возвращает нас к насмешкам у Голгофы.

«Если Ты Сын Божий, сойди с креста».

Иешуа мог это сделать.

Но не сделал.

Не потому, что Рим был сильнее.

Не потому, что Его враги победили Его.

Не потому, что Отец отказался от Своего плана.

Он остался, потому что Крест и был планом.

Если бы Он спас Себя от смерти, Он не спас бы нас через Свою смерть.

Если бы Агнец избежал жертвы, не было бы искупления.

Если бы Мессия не умер, не могло бы быть воскресения из мертвых.

Ислам утверждает, что Иисус там не умер.

Апостолы провозглашали нечто совершенно иное:

Он остался.

Он умер.

Он был погребен.

И Бог воскресил Его из мертвых.

Для последователя Иешуа это не история побежденного пророка.

Это история о том, как Мессия Израиля совершил искупление именно там, где миру казалось, что Он потерпел поражение.

Крест не был поражением, от которого Бог спас Иешуа.

Он был полем битвы, на котором Иешуа одержал победу.