Смертельный изъян сделки

Уже несколько недель, а то и месяцев мы слышим от Белого дома, что Исламская Республика Иран вот-вот подпишет сделку. Правда это или нет, но по какой-то причине последние заявления президента Трампа были восприняты серьёзнее прежних. Фондовый рынок растёт, цены на нефть снижаются, и, вполне возможно, о некой сделке действительно объявят в ближайшее время.

Когда я читаю условия предлагаемой сделки — независимо от того, верны эти сообщения или нет, — моё сердце разрывается, потому что итог такой сделки будет смертельно опасным. В тех условиях, о которых сообщают, по-настоящему нет ничего хорошего. Но какими бы плохими ни были отдельные условия, самая смертельная её часть — сама сделка.

К сожалению, любая такая сделка будет мертворождённой. Большую часть жизни я прожила под властью Исламской Республики, а большую часть своего последнего года в Иране провела в печально известной тегеранской тюрьме Эвин — под угрозой смертного приговора и казни в любой момент. Моё «преступление»? Обращение в христианство. Мягко говоря, не самый просвещённый подход со стороны режима, который контролирует жизнь 90 миллионов иранцев и угрожает ещё сотням миллионов людей за пределами страны. Как бы они ни пытались заставить меня отречься от веры, я не сломалась. Именно так и нужно иметь дело с исламистами — не переговорами, а победой над ними. Сегодня я благословлена жить свободно в Соединённых Штатах и с гордостью быть гражданкой Америки. Я дорожу свободой в Америке — свободой, ради которой 90 миллионов иранцев заплатили такую высокую цену, только чтобы быть буквально расстрелянными злым и жестоким исламистским режимом.

Как бы хорошо ни звучало обещание, что режим Исламской Республики может на бумаге обязаться отказаться от всех своих ядерных материалов и никогда не иметь ядерного оружия, я знаю: ни одну сделку, под которой они поставят своё имя, они не будут соблюдать. Я жила под этим режимом, страдала от его женоненавистничества, видела, как моих друзей и близких, включая моего мужа, пытали и казнили. Я знаю: ещё до того как высохнут чернила, они уже будут планировать следующий шаг — с конечной целью приблизить свой экстремистский исламский захват мира, уничтожение Соединённых Штатов, Израиля и Запада — как извне, так и изнутри. Я знаю: они будут зарывать свои ядерные объекты ещё глубже под обширными горными массивами Ирана, чтобы скрыть свои намерения и защитить путь к самому оружию.

Президент Трамп, возможно, действительно великий мастер заключать сделки. Но я знаю: ни одну сделку, которую они подпишут, они не будут соблюдать. Это первый смертельный изъян сделки: ошибочно считать этих людей рациональными игроками и подходить к любому соглашению с ними так, будто они будут действовать честно или искренне.

Когда речь идёт о самосохранении, их единственная цель — сделать всё необходимое, даже подписать соглашение, создающее впечатление, будто они отказываются от своей многолетней мечты обладать ядерным оружием. Ради самосохранения они будут лгать на каждом шагу и манипулировать даже главным переговорщиком.

Но запомните мои слова: с такой сделкой ещё при моей жизни они снова вернутся в игру. И тогда уже будущему президенту США придётся разбираться с последствиями этой сделки — с Исламской Республикой, которая либо окажется ближе к ядерному оружию, чем когда-либо прежде, либо уже фактически его получит. Одна мысль об этом приводит меня в ужас.

Другой смертельный изъян сделки — это предательство иранского народа. В январе этого года режим Исламской Республики хладнокровно казнил, по разным оценкам, от 50 до 60 тысяч иранцев всего за два дня. Это были не внешние враги, а граждане Ирана, которые просто протестовали, требуя перемен, свободы, права жить и иметь будущее не под пятой исламских экстремистов. Эти экстремисты захватили страну и уже почти полвека остаются главным источником крупнейшей террористической сети в мире.

Ситуацию усугубляет то, что президент Трамп сам дал иранцам надежду, когда обратился к протестующим в Иране с посланием, призвав их выйти на улицы и взять под контроль институты режима, заявив: «помощь уже в пути».

К сожалению, эта помощь так и не пришла — даже во время 40 дней совместных американских и израильских ударов по режиму, которые ослабили его, но не свергли. Не заблуждайтесь: единственная возможная сделка — это безоговорочная капитуляция и ликвидация режима. Всё, что меньше этого, продлит 47-летние страдания иранского народа на будущие поколения. Это будет означать, что режим сможет свободно казнить десятки тысяч людей за раз — или арестовывать, пытать и казнить ещё десятки тысяч поодиночке, вдали от глаз общественности.

Это будет означать, что когда они арестовывают женщин вроде моей бывшей сокамерницы и лучшей подруги Ширин Алам Хули, перед казнью они будут жестоко пытать и насиловать их, потому что в их извращённом понимании ислама несправедливо казнить девственницу. Так они ищут свою «справедливость» — через крайнее женоненавистничество, пытки и лишение человека достоинства.

Я плачу о нынешнем поколении, у которого была надежда и которое так много выстрадало за последние месяцы и десятилетия. Я плачу о будущих поколениях иранцев, которые будут расти так же, как росла я: когда братья становятся хозяевами над сёстрами, когда мышление молодых людей и их отношение к жизни искажаются на поколения вперёд.

Третий смертельный изъян сделки касается Израиля и Запада. Год назад у меня была честь написать письмо благодарности лётчикам, которые нанесли удар по административным зданиям тюрьмы Эвин, где я когда-то содержалась. У меня много раз была возможность говорить с израильскими солдатами и гражданскими и просить у них прощения за страдания, которые им причинил режим, захвативший мою прекрасную родную страну. Если есть в мире народ, который больше других за пределами Ирана понимает и пережил страдания от десятилетий терроризма Исламской Республики, то это народ Израиля — народ, который просто молится о том, чтобы жить в мире. Но если поколения иранцев страдали, то страдали и поколения израильтян. Я встречалась с ними, молилась вместе с ними и за них, и я плачу о том, что будущие поколения будут страдать так же, как страдали их родители, бабушки и дедушки.

Я молюсь, чтобы президент Трамп не был обманут, чтобы не было никакой сделки, кроме полной капитуляции и конца Исламской Республики. Только это может обеспечить мир, позволить Ирану вернуться в семью народов и не обречь людей ещё на десятилетия страданий от рук исламского культа смерти.